На фотографиях, дополняющих данный материал, можно увидеть внешний вид комплекса «Импульс ПВО» и дронов-перехватчиков «Ёлка». Удивительно, но руководители предприятий нефтегазового сектора не приобрели эти комплексы в достаточном количестве. Как говорится: скупой платит дважды. На Санкт-Петербургском Международном газовом форуме 2025, который проходил с 7 по 10 октября прошлого года, в трёх выставочных залах конгрессно-выставочного центра «Экспофорум» и его пассаже были выставлены тысячи образцов техники и оборудования для нефтегазового комплекса, производимого отечественными предприятиями в рамках обеспечения технологической независимости. В конце крытой галереи пассажа, длина которого составляет 540 метров, был представлен уникальный образец – автономный роботизированный комплекс противодействия БПЛА «Импульс-ПВО» и «Импульс-РЭР», который привлекал внимание посетителей, включая руководителей крупных предприятий по переработке нефти и газа, что не случайно.
В последнее время отмечается увеличение атак беспилотных летательных аппаратов ВСУ по энергетическим объектам России, в том числе нефтеперерабатывающим заводам и предприятиям газохимии. Эти удары наносят значительный ущерб нефтегазовой отрасли, приводя к уничтожению оборудования, человеческим жертвам и снижению объёмов поставок химической продукции, бензина и дизельного топлива. Комплексы «Импульс-ПВО» и «Импульс-РЭР» созданы для противовоздушной обороны от беспилотных летательных аппаратов. Разработаны они нашими учеными и конструкторами, а изготовлены на семи оборонных предприятиях.
С представителем завода-изготовителя РЛС этого комплекса, бывшим офицером Войск ПВО, которого будем называть «Полковник», наша беседа началась с просмотра видеоролика, на котором высокопоставленный чиновник, внимательно относящийся к обеспечению безопасности вверенного ему региона, на полигоне управляет дроном-перехватчиком этого комплекса, сбивая БПЛА-мишень прямым попаданием. Комплексные решения, представленные на стенде, уже спасают жизни наших воинов, гражданского населения и объекты на нашей территории от вражеских атак дронов. Тактико-технические характеристики РЛС и дронов-перехватчиков не раскрываются, как и названия заводов-изготовителей.
Что же представляет собой комплекс «Импульс ПВО»? Важной особенностью станции является возможность её использования гражданскими структурами для противовоздушной обороны важных промышленных объектов и критической инфраструктуры. РЛС может также служить дополнительным источником радиолокационной информации в общей системе ПВО Министерства обороны. Габариты комплекса впечатляют: 1х1 метр и толщина не более 20 сантиметров.
Системы, принятые на вооружение в ПВО Министерства обороны, можно использовать исключительно на территории воинской части или в зоне боевых действий. Однако жизнь показывает, что враг наносит удары по тыловым промышленным и инфраструктурным объектам, мирным городам и посёлкам. Ни одна страна в мире не способна создать систему ПВО, которая могла бы гарантированно защитить все объекты от воздушных атак.
Даже Израиль, площадь которого в 822 раза меньше России и в два раза меньше площади Московской области, не смог полностью защитить свои города от ударов со стороны Ирана, боевиков ХАМАС и хуситов, используя свой «Железный купол». В условиях роста угрозы от БПЛА необходимо наряду с совершенствованием системы ПВО страны создавать местную (объектовую) и рубежную ПВО.
Создание такой РЛС позволяет формировать районы контроля воздушного пространства любой конфигурации, способные обнаруживать угрозы от БПЛА в режиме реального времени и информировать соответствующие структуры для оперативного реагирования. Эта РЛС легко интегрируется с системами АСУ военного назначения и цифровыми платформами управления беспилотными авиационными системами, такими как «Небосвод», «Юпитер», «Синтез», АИС «Рубикон». Совместимость систем была отработана в ходе ежегодного научно-технологического интенсива «Архипелаг-2024» на острове Сахалин, где реализованы комплексные решения. РЛС может выполнять не только функции обнаружения, но и наведения дронов-перехватчиков.
РЛС обнаружения воздушных целей (ФАР) является не обслуживаемой, не вращаемой, принудительно не охлаждаемой, помехозащищенной и надежной при долговечном использовании. Она может обнаруживать цели от микро-БПЛА до обычных аэродинамических объектов. Автор данного материала на экране наблюдал, как РЛС обнаружила летящие объекты, классифицировала их, позволяя оператору отсечь птиц и оставить сопровождение БПЛА.
В настоящее время используется несколько сотен станций в полутора десятках субъектов РФ и более 200 комплексов в силовых структурах. РЛС отлично интегрируется с средствами поражения: ЗПУ, средствами РЭБ и дронами-перехватчиками. Высокая степень коммутативности позволяет использовать РЛС как стационарно, так и в мобильных комплексах. Один из таких мобильных комплексов был представлен в пассаже «Экспоцентра» компанией ГУМИЧ РТК. На одной роботизированной гусеничной платформе расположена РЛС, средства радиотехнического контроля и РЭБ. На второй платформе установлены пусковые устройства с дронами-перехватчиками кинетического действия «Ёлка», которые не содержат взрывчатых веществ и уничтожают цель прямым попаданием, что делает их использование более безопасным для гражданских объектов.
Дроны-перехватчики «Ёлка» находятся в специальных пусковых контейнерах. Принцип наведения – «пустил и забыл». Дрон сам находит цель и точно её поражает. Четыре электромотора с пропеллерами позволяют дрону-перехватчику развивать скорость, необходимую для эффективной работы против украинских БПЛА. Роботизированная платформа имеет электропривод и аккумуляторы, которые подзаряжаются от бензогенератора. Управление комплексом осуществляется дистанционно, что актуально как для районов боевых действий, так и для гражданской инфраструктуры.
Такое комплексное решение может быть развернуто как в мобильном, так и в стационарном варианте, обеспечивая защиту конкретного объекта от ударов БПЛА.
В последние десятилетия беспилотные летательные аппараты, как средства разведки и нанесения ударов, активно развиваются в различных странах. Наибольших успехов добились США, Англия, Израиль, Франция, Германия, Канада, Китай и Иран. Интересный факт заключается в том, что иногда обмен военными разработками наносит ущерб самой стране-разработчице. Одним из мировых лидеров в области БПЛА является Израиль, чьи разработки доказали свою эффективность в боях с ПВО и военными объектами Ливана, Египта, Сирии и при ударах по террористическим группировкам. В 1982 году БПЛА использовались Израилем для разгрома сирийской ПВО в Ливане.
С середины 1990-х годов Израиль продал КНР партию многоцелевых дронов-камикадзе «Harpy NG», после чего Китай, используя эти технологии, создал БПЛА «HESA Shahed 136», который теперь активно применяется Ираном против Израиля.
БПЛА активно использовались американцами в ходе войны во Вьетнаме, в Ираке и Афганистане, а также для борьбы с терроризмом в Пакистане и Йемене. В XXI веке технологии создания БПЛА достигли такого уровня, что кардинально изменили методы ведения войны.
Ситуация изменилась, когда в 2020 году россияне увидели, как Азербайджан использует израильские БПЛА «IAI Harop», «Sky Striker» и турецкий «Bayraktar TB-2» для уничтожения боевой техники в Нагорном Карабахе. В ходе СВО украинские вооружённые силы также начали активно применять БПЛА, не только на передовой, но и для ударов по гражданским объектам на глубине территории России.
Применение БПЛА с обеих сторон достигло беспрецедентного масштаба. Эти аппараты используются для разведки, целеуказания и наведения, а также для поражения военных объектов. При минимальных затратах БПЛА могут наносить огромный ущерб, исчисляемый миллионами долларов.
ВСУ применяют как гражданские БПЛА, модернизированные для военных целей, так и ударные БПЛА иностранных разработок и собственной разработки. Если до середины 2022 года 25% БПЛА самолётного типа в украинской армии были импортными, то в 2023 году было принято на вооружение 28 собственных разработок, в том числе 9 моделей дронов-камикадзе и 6 моделей FPV-дронов. Созданы в Украине и БПЛА с дальностью полёта более тысячи километров.
Российские войска адаптировались к борьбе с этими типами БПЛА, применяя различные системы ПВО и стрелковое оружие, а также используя системы РЭБ для нарушения управления дронами и глушения GPS-сигналов. Для уничтожения FPV-дронов задействуются охотничьи ружья, стреляющие дробью, и специальные патронные сетки «Перехват».
Существуют даже кадры использования боевых лазеров проекта «Посох» для уничтожения украинского дрона-камикадзе FP-1. Привлекаются к уничтожению вражеских дронов также истребительная авиация, боевые вертолёты и дроны-перехватчики. Высокую эффективность в борьбе с БПЛА демонстрируют ПЗРК «Верба», «Игла», ЗРК «Стрела-10», «Оса», ЗРК «Тор», ЗРПК «Панцирь-С1», «Тунгуска». Для уничтожения более сложных и скоростных целей используются ЗРК «Бук», С-300 и С-400, которые охраняют важнейшие объекты и административные центры страны.
С учётом массового применения БПЛА проведена модернизация комплекса «Панцирь», который теперь называется «Панцирь-СМД». Он получил на вооружение либо 12 дальнобойных ракет 57Э6-е, либо 48 противодроновых ракет ТКБ-1055. В зоне СВО также действуют мобильные группы, вооружённые не только стрелковым оружием, но и крупнокалиберными пулемётами и артиллерийской установкой ЗУ-23.
В ежедневных информационных сообщениях СМИ сообщается о множестве сбитых дронов, однако также появляются сообщения об успешных атаках украинскими дронами на гражданские объекты и промышленные предприятия. Причина этого заключается в том, что создать систему ПВО, которая бы покрывала всю территорию России от воздушных ударов, крайне сложно. Установить хотя бы один «Панцирь-С1» или «Панцирь-СМД» возле каждого промышленного объекта невозможно. Поэтому на первый план выходит вопрос создания очаговой (в районах критически важной инфраструктуры) местной ПВО.
Решение данной проблемы предлагают несколько производителей, среди которых компания ГУМИЧ РТК, объединившая различные решения в автономный роботизированный комплекс противодействия БПЛА.